Расскажем, что у вас за посуда и сколько она стоит: оценка по фото бесплатная, ответ за 15–60 минут.
опыта на рынке предметов посуды
проведённых оценок
от осмотра до выплаты
конфиденциальность сделки
Берём предметы из фарфора, фаянса, стекла и металла — от одиночной чашки до полного набора. Если предмет нам не подходит, говорим об этом сразу по фотографиям.
Наборы целиком и уцелевшими частями. Смотрим завод, период, технику росписи и комплектность: собранный набор всегда дороже разрозненных предметов. Средняя оценка сервиза — около 25 000 ₽, редкие довоенные и авторские наборы доходят до 200 000 ₽.
Отдельные пары, бокалы для чая, кружки с ручной росписью и необычными формами. Решают тонкость черепка, характер рисунка и целость позолоты по краю. Кружки оцениваются в среднем в 1 500 ₽, отдельные экземпляры — до 10 000 ₽.
Крупные и фигурные предметы стола: овальные блюда, супницы с крышками, соусники, селёдочницы, менажницы, настенные тарелки. Средняя оценка тарелки — 1 500 ₽, при редком сюжете или раннем клейме — до 10 000 ₽.
Вазы для цветов и фруктов, графины, штофы, стопки и бокалы из цветного и гравированного стекла. Стопки оцениваются в среднем в 1 000 ₽ с максимумом до 50 000 ₽ за редкие ранние работы, бокалы — около 1 000 ₽, до 5 000 ₽.
Заварочные и доливные чайники, кофейники, молочники, сахарницы, конфетницы. Проверяем родную ли крышку, целость носика и ручки — это самые уязвимые места. Средняя оценка чайника — 5 000 ₽, максимум до 100 000 ₽.
Цена зависит от завода и периода, тиража, материала и техники росписи, сохранности и комплектности набора. Предварительную оценку даём по фото, точную — после осмотра.
| Категория | Средняя цена | Рекорд выкупа |
|---|---|---|
| Бокалы | до 1 000 ₽ | до 5 000 ₽ |
| Кружки | до 1 500 ₽ | до 10 000 ₽ |
| Сервизы | до 5 000 ₽ | до 150 000 ₽ |
| Стопки | до 1 000 ₽ | до 50 000 ₽ |
Скупка посуды в Нижнем Новгороде начинается с простого вопроса: что именно стоит у вас в серванте. Мы выкупаем старинную и антикварную посуду, столовые, чайные и кофейные сервизы, отдельные предметы из фарфора и стекла, посуду СССР ранних лет, вещи с ручной росписью, малыми тиражами и необычными формами.
Не выкупаем то, на что нет спроса: эмалированные кастрюли и миски, алюминиевую посуду, гранёные стаканы, простые бесцветные рюмки, современную заводскую керамику, приборы из нержавеющей стали, предметы с трещиной через весь черепок или крупным сколом по краю. Отдельные направления ведём на профильных страницах: хрусталь оцениваем на странице скупки хрусталя в Нижнем Новгороде, статуэтки — на странице скупки статуэток, ссылки собраны в конце.
Самый понятный водораздел — 1940 год. Всё, что сделано до него, выпускалось небольшими партиями, пережило войну и переезды, и до нас дошло в единицах. Всё, что сделано после, шло миллионными тиражами и сохранилось почти в каждой семье. Отсюда и разница в цене, которая владельцам кажется несправедливой.
Спрос есть на дореволюционную и довоенную посуду, ранние советские вещи 1920–1930-х годов, агитационные и авторские предметы, малотиражные и экспериментальные формы, ручную роспись и необычные сюжеты. Спроса почти нет на массовые сервизы 1960–1980-х годов с печатным рисунком, обычный бесцветный хрусталь, гранёные стаканы, эмалированную и алюминиевую посуду. Вопрос «какая посуда СССР ценится» на практике сводится к тиражу: советская посуда, которая стоит дорого, — это почти всегда то, чего выпустили мало.
Сервиз доставали по знакомству, отдавали за него месячную зарплату, ставили в сервант и не пользовались им сорок лет. Логично ожидать, что вещь подорожала. Но дорогим он был не из-за редкости, а из-за дефицита: купить его было трудно, хотя выпущены такие наборы были миллионами.
Сегодня эти миллионы одновременно вышли из сервантов: поколение сменилось, квартиры разъехались, и одинаковые наборы предлагают тысячи людей сразу. Цену определяет не то, сколько вещь стоила тогда, а сколько таких же есть сейчас. Поэтому нетронутый сервиз чаще всего оценивается скромно, и мы говорим об этом прямо. Разбор по конкретным наборам вынесен на отдельную страницу скупки сервизов в Нижнем Новгороде.
Клеймо — заводская марка на дне изделия. Оно показывает производителя, часто период выпуска и сорт. Главное, что стоит понять: клеймо ставили на всю продукцию, включая миллионные тиражи, поэтому само по себе оно не признак редкости. Отсутствие клейма тоже ни о чём не говорит — на многих предметах оно просто стёрлось от мытья.
Цвет клейма у советской посуды означал сорт, присвоенный на заводе: красное — высший сорт, синее — первый, зелёное — второй, коричневое или чёрное — третий. Третий сорт ставили при заметных огрехах росписи или глазури, и на цену это влияет до сих пор. Поэтому при оценке по фото мы просим отдельный кадр донышка.
Поднесите предмет к лампе или окну: фарфор тонкий и просвечивает, сквозь стенку видно тень от пальца. Фаянс пористый и непрозрачный, свет он не пропускает. Второй тест — звук: щёлкните ногтем по краю. Фарфор отзывается долгим чистым звоном, фаянс даёт короткий глухой стук.
Костяной фарфор узнаётся по тёплому молочно-белому тону и очень тонкой стенке, которая просвечивает особенно хорошо. Фаянс при том же виде и возрасте стоит заметно дешевле фарфора. Если оказалось, что у вас фарфор, подробности и цены собраны на странице скупки фарфора в Нижнем Новгороде.
Серебристые ложки, подносы и молочники чаще всего оказываются не серебром. У серебра всегда есть проба — цифровое клеймо с содержанием драгоценного металла, например 875 или 84. У мельхиора пробы нет и быть не может: там буквенная маркировка МН, сплав меди с никелем, или МНЦ, нейзильбер из меди, никеля и цинка. Серебра нет ни в том, ни в другом.
Магнит в этом споре бесполезен: не магнитятся ни серебро, ни мельхиор. Зато помогает поиск потёртостей — если сквозь серебристый слой проступает жёлтая медь, перед вами посеребрение, и стёртое покрытие резко снижает цену. Мельхиоровые наборы мы разбираем на странице скупки мельхиора, а вещи с настоящей пробой — на странице скупки столового серебра в Нижнем Новгороде.
Цена складывается не сложением признаков, а их перемножением: один слабый пункт тянет вниз всё остальное.
Ручная роспись ценится выше деколи — переводной печатной картинки, у которой при увеличении видны точки растра. Подглазурная роспись спрятана под слоем глазури, она абсолютно гладкая на ощупь и не стирается, поэтому ценится выше надглазурной, которая слегка выступает и уходит от мытья. Сколы, трещины и разнобой предметов в наборе снижают сумму сильнее, чем кажется владельцу.
Желание привести вещь в порядок понятно, но оно уменьшает сумму. Абразивные порошки, металлические губки и средства для чистки серебра снимают остатки серебрения, патину и надглазурную позолоту, а восстановить их уже нельзя. Посудомоечная машина за один цикл способна стереть рисунок, нанесённый поверх глазури.
Достаточно смахнуть пыль сухой мягкой тканью. Всё остальное покажите как есть: свежие царапины от чистки специалист замечает сразу.
Сначала фотографии: вы присылаете снимки в WhatsApp, Telegram или MAX, специалист отвечает за 15–60 минут и называет ориентировочный диапазон. Оценка посуды по фото бесплатная и ни к чему вас не обязывает.
Если сумма устраивает, договариваемся об осмотре в офисе на площади Максима Горького или, когда предметов много, о выезде по договорённости. Вживую проверяем черепок, клейма и комплектность, после чего называем окончательную цену. Расчёт проходит сразу после согласия. Вопросы про документы и налоги эксперт объяснит при разговоре простыми словами.
Не всякая посуда стоит денег, но это не повод отправлять её на помойку. Куда деть старую посуду, если выкуп не состоялся:
Адрес: площадь Максима Горького, дом 4/2, этаж 2, офис 8, ориентир — одноимённая станция метро. Работаем ежедневно с 9:00 до 21:00, телефон +7 831 420-63-39, пишите в WhatsApp, Telegram или MAX.
Жителям Нижегородской области удобнее начинать с фотографий: где продать посуду и стоит ли вообще ехать, становится понятно уже по ответу на снимки. Выкуп посуды идёт ежедневно, приезжать с полными сумками наугад не нужно.
Получите бесплатную оценку предметов посуды по фото за несколько часов.
Согласуйте удобный для Вас вариант продажи предметов посуды — в офисе или с выездом эксперта.
Получите оплату наличными или переводом на карту в день сделки.
Дореволюционные и довоенные предметы выпускались небольшими партиями и сохранились в единицах. Продукция 1960–1980-х годов шла миллионами, поэтому одинаковый по виду предмет разных лет оценивается совершенно по-разному.
Сколы, трещины через черепок, стёртая позолота, сетка мелких трещин на глазури и следы склейки снижают сумму сильнее всего. Предмет без единого дефекта может стоить в разы дороже такого же со скрытой трещиной.
Полный сервиз с родными крышками, супницей и блюдом ценится заметно выше россыпи предметов. Недостающая крышка или разное число тарелок и чашек переводят набор в разряд неполных и снижают итог.
Фарфор дороже фаянса, костяной фарфор с тонкой просвечивающей стенкой — отдельная категория. Ручная роспись ценится выше деколи, подглазурная — выше надглазурной, которая со временем стирается от мытья.
Экспериментальные и малотиражные формы, необычные сюжеты, агитационные и авторские вещи встречаются редко и потому стоят дороже. Массовый рисунок, знакомый по каждому серванту, интереса почти не вызывает.
Первый шаг — оценка по фотографиям. Отправьте снимки в WhatsApp, Telegram или MAX, специалист посмотрит их и в течение 15–60 минут ответит, что у вас за посуда и в каком диапазоне лежит её цена. Оценка по фото бесплатная и ни к чему вас не обязывает.
Второй шаг нужен не всегда. Если по снимкам видно, что предметы интересные, договариваемся об очном осмотре в офисе на площади Максима Горького, дом 4/2, этаж 2, офис 8 — ежедневно с 9:00 до 21:00. Когда посуды много или её тяжело везти, возможен выезд по договорённости. Вживую специалист проверяет черепок на просвет, клейма, комплектность и скрытые дефекты, после чего называет окончательную сумму.
Для предварительного ответа нужны четыре-пять кадров: предмет целиком на однотонном фоне, донышко с клеймом крупно, роспись вблизи, край и ручка, а для набора — общий вид всех предметов вместе. Снимайте при дневном свете, без вспышки и бликов. Сколы, трещины и потёртости показывайте отдельно: скрытый дефект всё равно всплывёт при осмотре и изменит цену.
Покупаем старинную и антикварную посуду, довоенные и ранние советские предметы, сервизы, вещи с ручной росписью, малыми тиражами и необычными формами. Не берём эмалированную и алюминиевую посуду, гранёные стаканы, простые бесцветные рюмки, современную заводскую керамику, приборы из нержавеющей стали и предметы с трещиной через весь черепок.
Дорогим он был из-за дефицита, а не из-за редкости: купить его было трудно, но выпускались такие наборы миллионами. Сегодня они одновременно вышли из сервантов, и одинаковые сервизы предлагают тысячи людей сразу. Цену определяет не прошлая стоимость, а количество сохранившихся экземпляров.
Главный водораздел — 1940 год. До него посуду делали небольшими партиями, и до нас она дошла в единицах. Ценятся ранние советские вещи 1920–1930-х годов, агитационные и авторские предметы, малотиражные и экспериментальные формы, ручная роспись. Массовые сервизы 1960–1980-х годов с печатным рисунком спросом почти не пользуются.
Клеймо — это заводская марка: она показывает производителя, часто период выпуска и сорт. Но ставили его на всю продукцию, включая миллионные тиражи, поэтому само наличие клейма редкости не доказывает. Стёртое от мытья клеймо тоже не приговор — период определяют по форме, черепку и характеру росписи.
У советской посуды цвет клейма означал сорт, присвоенный на заводе: красное — высший сорт, синее — первый, зелёное — второй, коричневое или чёрное — третий. Третий сорт ставили при заметных огрехах росписи или глазури, и на цену это влияет до сих пор.
Посмотрите предмет на просвет: фарфор тонкий и пропускает свет, сквозь стенку видно тень от пальца, фаянс непрозрачный. Щёлкните ногтем по краю: фарфор отвечает долгим чистым звоном, фаянс — коротким глухим стуком. На сколе у фарфора черепок плотный и стекловидный, у фаянса зернистый и матовый. Фаянс стоит заметно дешевле.
Нет. Декоративное золочение — это плёнка толщиной в доли микрометра, вожжённая в глазурь. Извлечь её дороже, чем получить сам металл, пробы у посуды нет и быть не может, поэтому скупка драгоценных металлов такие предметы не принимает. Позолота влияет на цену только как элемент росписи: стёртая по краю, она сумму снижает.
Нет. Мельхиор — сплав меди с никелем, маркировка МН. Нейзильбер — медь, никель и цинк, маркировка МНЦ, из него сделано большинство советских столовых приборов. Серебра ни в одном из сплавов нет, поэтому пробы на них не бывает. У серебра проба всегда цифровая, например 875 или 84. Магнит здесь не помогает: не магнитятся ни серебро, ни мельхиор.
Да, и сильнее, чем кажется. Скол по краю, трещина через черепок, следы склейки, стёртая позолота и сетка мелких трещин на глазури снижают сумму в разы. Прятать дефект на фотографиях смысла нет: при осмотре он всё равно обнаружится, и цена изменится уже на месте.
Нет, и особенно не чистите её абразивами. Порошки, металлические губки и средства для чистки серебра снимают остатки серебрения, патину и надглазурную позолоту, а восстановить их нельзя. Посудомоечная машина за один цикл способна стереть роспись поверх глазури. Достаточно смахнуть пыль сухой мягкой тканью.
Меньше полного, но это не значит, что он не нужен. Многие докупают недостающие предметы к своим наборам, поэтому уцелевшие чайник, супница или блюдо от разбитого сервиза интерес представляют. Точная сумма зависит от того, какие именно предметы сохранились и в каком они состоянии.
Нет. Цену определяют редкость и сохранность, а не количество предметов. Большие сервизы покупают реже: под них нужно место в доме, и покупателей на них меньше. Небольшой довоенный набор нередко оценивается выше многопредметного сервиза 1970-х годов.
Объявление показывает, сколько продавец хочет получить, а не сколько кто-то заплатил. Такие объявления висят годами без сделок. Мы называем сумму, которую готовы отдать сразу, без ожидания покупателя, торга и пересылки хрупких предметов. Если вы готовы ждать, продавать самостоятельно — ваше право.
Пришлите снимки в WhatsApp, Telegram или MAX: предмет целиком на однотонном фоне, донышко с клеймом крупно, роспись вблизи, край и ручка, а для набора — общий вид всех предметов. Специалист отвечает за 15–60 минут и называет ориентировочный диапазон. Оценка бесплатная и ни к чему не обязывает.
Выезд возможен по договорённости, когда посуды много или её тяжело везти. Обычно всё решается проще: сначала фотографии, потом визит в офис на площади Максима Горького, дом 4/2, этаж 2, офис 8, ежедневно с 9:00 до 21:00, телефон +7 831 420-63-39. Посуду, которая нам не подошла, можно отдать в благотворительные фонды и приходы, предложить даром через районные чаты или сдать стекло и металл в переработку.
Пришлите фотографии в Telegram или Max. Эксперт посмотрит предмет, задаст уточняющие вопросы и сообщит предварительную стоимость. Если цена вас устроит, вы сможете продать его в офисе или договориться о выезде специалиста.
Для точной оценки приложите фото клейма на донышке крупно, общий вид предмета, все сколы и трещины, а также комплект целиком.
или загрузите фото прямо здесь
г. Нижний Новгород, Площадь Максима Горького, дом 4/2, этаж 2, офис 8, 5 минут пешком от м. Горьковская
Ежедневно: с 9:00 до 21:00
Мы находимся в центре Нижнего Новгорода, на площади Максима Горького. Здание находится под видеонаблюдением.
При выходе из здания Вы оказываетесь на оживленной улице Маслякова, также с городской системой видеонаблюдения.
Перед зданием есть открытая парковка
В одной минуте пешком от нас находятся отделения Сбербанка, Совкомбанка и НБД-банка. Мы можем осуществить сделку прямо в отделении банка, а Вы сможете проверить деньги на подлинность перед получением и сразу же зачислить их на карту, не выходя из банка.
Также мы можем сделать безналичный перевод на Ваш счет, если Вы не хотите работать с наличностью.
Заключаем договор купли-продажи в случае необходимости.
Адрес: г. Нижний Новгород, Площадь Максима Горького, дом 4/2, этаж 2, офис 8, 5 минут пешком от м. Горьковская
Режим работы: Ежедневно: с 9:00 до 21:00
Телефон: +7 831 420-63-39
5 минут пешком от м. Горьковская
